Высокие чувства по низким ценам [= Иудино племя ] - Татьяна Рябинина

- Умерла в конце мая. Через неделю после Федькиного рождения. Ты, наверно, хочешь про дарственную спросить? Все так и вышло, как мы с тобой предполагали.

- И что вы сделали с бабкиным наследством?

- Светка в первую очередь купила джакузи. Маше вот операцию сделали, на учебу ей и Федьке отложили. Квартиру надо побольше купить. Да мало ли… - говорить о пожертвованиях на храм и Валаамский монастырь Никита не собирался. - А что касается акций… - он чуть смущенно улыбнулся. – Те акции, за которыми мафики охотились, мы со Светкой им продали. Довольно дешево, зато спокойно. А Костика они просто заставили все отдать. Так сказать, безвозмездно. Но остался еще холдинг. Груда всевозможных акций, от нефти и газа до туризма. Хочешь посмеяться? Я там что-то вроде управляющего.

- Ну? – вытаращил глаза Иван. – Надо же, повезло!

- Не скажи, - вздохнул Никита. – Светка долго меня уговаривала. А я не соглашался. Корчил из себя распоследнего болвана – не поверила. Ссылался на полную некомпетентность – нашли компетентных заместителей.

- А почему не соглашался? Такие бабки! За ними следить надо в оба глаза.

- Вот именно что такие бабки. Шальные, Вань, не люблю я такие деньги, даже боюсь их. А знаешь, почему согласился?

- Ну?

- Ну, во-первых, деньги не мои, а Светкины. А во-вторых, потому что именно я решаю, какому банку доверить дивиденды. В частности, Костины. Ведь половина акций – его. У меня завязались неплохие связи в банковских кругах. Шепнут при случае, какой банк на ладан дышит. Ты представляешь, какой доход набежит за пятнадцать лет, даже с учетом инфляции? Я буду следить, чтобы побольше.

- Зачем? – не понял Иван. – С какой стати ты будешь заботиться о его деньгах?

- Ну как же? – приподнял брови Никита. – Очень буду заботиться. А потом всего один раз ошибусь…